ПОДРОБНЕЕ О ПОЖЕРТВОВАНИИ

Уважаемые друзья, поддерживая работу сайта даже минимальными пожертвованиями и перечислениями незначительных для Вас сумм, Вы даете мне возможность с большей легкостью размышлять над тайнами и явью жизни чтобы затем описать любовь и горе, мечты и безысходность в своих произведениях, не отвлекаясь на банальность требований жизненных устоев. Тех, кому нравится мое творчество, прошу проявить благодушие и перечислить на мой счет посильные денежные средства. Заранее благодарен. Надеюсь, что почитатели моего творчества откликнутся и не дадут загасить разгорающийся костер знаний и творчества.

С благодарностью и любовью, Фадеев (Филин) Геннадий Михайлович.


Сон без души

Ведь душам тоже нужно расслабляться
Устав за день от мира суетного
Свободой временной и мнимой наслаждаться
До состояния иного

Свадебный генерал

Но старость не щадит людей, рок – злой
Хоть Сидоров ты, хоть Петров, хоть Лановой

Радуница

Могилы предков и любимых святы
В сопровождении памяти моей, я от одной иду к другой
Душою окунаюсь в вечность и покой

Немного о Весне

О, парадокс времён, "святая простота"
Весну нельзя сдержать и спрятать навсегда
Да и в подснежниках – не только красота
Подснежник – это перемены, господа

Новый год (60+)

И ощущение внутри, как лжепророк
Ещё один мой год вчера истёк

Аристократ Романо Рат

Как много пройдено дорог
Но короток цыганской жизни срок
Цыганская судьба – как старая гитара
Обласкана и брошена не раз

Фотография

И яркий свет блеснёт на миг в глазах
Магически, частичку времени перенеся в другой формат
Из мира, где царит мирская суета и прах
Туда, где жизнь и сущность выдаёт лишь взгляд

Про безопасное

Свободу слова не ищи напрасно
Средь нищеты в веках она застряла
Мифический оставив след, навечно потерялась
Никто за игры за колючку не готов

Кукольник

Современная мистическая сказка о цыганском кукольнике

Муравей

Жизнь в муравейнике вне времени земного
Страна порядка, гениальной простоты и цели
И я стою над ними, как пришелец
Как исполнитель доброго и злого

Бизнесмен Пиноккио

В стране чудес, иллюзии дорог и дураков
По наущению отъявленных и наглых прохиндеев
В связи с отсутствием другой идеи
Решил один Пиноккио зарыть монеты в землю

Рестораны

Ныряю и плыву в особой ресторанной жизни
Средь деловых и прочих слизней
Под ресторанный шум, под музыку цыган и популярного шансона
Под смех раскатистый гулящих баб на фоне рюмочного звона

Середина

Всегда один, всегда посередине
Ни к островкам, ни к берегам не приставая
Плыву вперёд, подобно льдине
Пока не растворюсь и не растаю

Думы об ОСАГО

Любят в России дорожные войны
Да только войны давно на бумаге
Автомобили, как скот на бойне
Как вкусная туша для разделки бедняги

На другой стороне

Сколько бы мы не представили себе параллельных, на горизонте мы всегда увидим только одну.

О Женщинах, Весне и Лете

Пусть будет радостью душа согрета
От теплоты улыбок, нежных слов
Как магия волшебных снов
Как жажда нового рассвета

Дежавю или случай в Новогоднюю ночь

История о мистических новогодних событиях, участником которых мне выпало стать. Переплетение реальностей, времен и пространств.

Цыганская сказка

Современная цыганская сказка, написанная на старинный лад, с учетом стилистических особенностей данного жанра и традиционного уклада жизни цыганского народа.

Про пенсион

День ото дня и год за годом
Не человек, пенсионер, живёт
Приобретя особый статус человеческого рода
Подачек и пособий он не ждёт

О лете

Где лето, в изобилии уюта?
Где разуму уставшему приют?
Где утреннего солнца нежное тепло?
Где тот костёр в душе, что лето разожгло?

Еще не вечер

Под звон бокалов - дифирамбы
Ещё витают в воздухе, звучат, лаская слух
Художник, что рисует время – глух

Колдунья

Рассказ, основанный на реальных событиях

Свинец и красота

Свинец – всегда предвестник смерти
Всегда наводит страх у смертных в головах
Он там, где правят черти на балах
Банально превращаясь в норму

Атлет и царь

Пленя себя железом добровольно
И навсегда с ним воедино слившись
Они становятся его рабом невольно
В легенды памяти народов воплотившись

Пустые хлопоты

Только гением мир возродится
Живым в суете остаётся молиться

Эмансипация полов

Животную подчёркивая крутизну царей природы
Противодействие ума и силы самок и самцов
Как выкидыш, как неудавшиеся роды
Грядёт конец невест и женихов

Про писак, писателей и союзы

Ветшает тело старое союза
Переливание – кровь свежая ему нужна
Тогда вернётся, может быть, и Муза
Накроет стол, накормит и напоит до пьяна

Буря

И пусть взойдёт заря
И, может, небо озарит она кровавыми лучами солнца
И дай вам Бог, чтобы не зря
Очередным проснуться утром

Грань

В смятении моя душа
Вокруг лукавство, ложь и зеркала
Сознание переполняется единственным вопросом
Была ли жизнь, иль не была?..

Музыка

Царица душ людских, царица Мельпомены
Богиня, музыка и муза гениев блаженных
На тонкой грани понимания материй
Как вид эмоций и мистерий

Земля есть Ад

Не покидает мысль о том,
Что, может быть, Земля есть Ад
Для душ, пропитанных отчаянием и злом
Которые не удостоились наград

Прощание зимы

Зима присела на дорожку, но в дверь настойчиво стучат
Весна-проказница пришла старушку проводить

Для потомков

Дорога слишком пыльная для разума вселенной
А пыль всё падает, кружась и оседая
Ложась за слоем слой, разумным опытом бесценным
Конец и смысл не видя и не зная

Забытый романс

Я разложил свой жизненный пасьянс
Вся молодость в веселье и вине
И голос, воспевающий романс
И семиструнная гитара на стене

И как-то все пошло не так...

Надолго ль человек заснул?
Венец творения и повелитель мира
Как пациент, под наркотическим эфиром
Когда сознание своё перешагнул...

Альтернативная сказка

Может быть, ошибки жизни можно сказкой предсказать
В ней метафора и мудрость, скрытый между строк намек
Главно - вовремя понять и потомкам передать
Вами пройденный урок

К 23-му февраля

Увы, уж нет богатырей, устала в битвах воинская слава – замолчала
Никто уж не целует полотно увенчанного орденами стяга
И обнулив историю, всё начинается сначала

Зачем?!

Видать, забыл ты, что подобен Богу
Воспрянь, гони сомнения прочь
Хоть пуля в лоб, хоть плаха – не помогут
Ты человек, не может длиться вечно ночь

Психический недуг (Стих)

Мир, как прекрасный и цветущий организм
Венец, бесценный дар вселенными воспетый
Он угасает, всюду царствует цинизм
Психическая мания господства над планетой

Рождество (Стих)

Этот детский, яркий, праздник был когда-то тоже мой
Время – вьюга, время – ветер, что унёс его с собой

Волк (рассказ)

Хоть время вспять не повернуть, когда судьбою загнан в угол
Но можно изменить конец
Плевать на то, что думает творец
И выскочить из замкнутого круга

Лихолетье

Не могу вспоминать без горечи время гнилое и дикое
Душа начинает корчиться
Если б знали они, лежащие под двумя гвоздиками
Чем всё это закончится

Жизнь пролетела (романс)

Жизнь пролетела, огонь её угас
И кажется, ещё вчера пылал и обжигал, пускаясь в пляс...

Осеннее настроение

Печаль, как яд проникший в душу
Подчёркивает серость за окном
Хочу молчать и струн стенание слушать
Укрывшись безмятежно сладким сном

Слепец

Цепь растянулась без начала и конца
Слышна лишь где-то поучительная речь, такого же, как все, слепца

Ванюша

От Ивана в сказке прок
Сказка ложь, да в ней намёк – добрым молодцам урок
Считают многие, что святы уж они давно
Но им не верят почему-то всё равно.

Все

Всё!
Пустота
Вокруг никого
Внутри – ничего...

Коктейль для власти

Хочу представить я коктейль для современных власть имущих
Ласкающий утробу их взыскательным подходом
Звеня бокалами до треска хрусталя в своих хоромах и походах
Они пьянеют от него, и хмель сознанье затмевает «свет несущим»

Рубрика "Обо Всём"

Мир перебесится – осталось уж немного!
Но жизнь моя – песчинка в Гоби, в том немногом
Никто живущие ту пору не увидят, и я в их грёбаном числе
Приятно думать, что оставшимся десяткам тысяч комфортно будет на земле.

Любовь

Мой друг, не всем любить дано
Сценарий жизни – не сюжет любовного кино
Не забывай, что держится всё в мире на любви
Всё относительно, смотри вперёд, стремись, живи

Ижевск

Я люблю тебя, мой Ижевск родной, все мы дети твои – дочери и сыновья
Мы едины с тобой, мой любимый Ижевск, мой творец, половинка моя.

Бультерьер (Знаки 2)

Рассказ о моем верном друге и спутнике жизни - собаке породы бультерьер по кличке Гай

Морская работа

Решай, мой друг, сейчас – влюбиться в Море иль найти причину
И продолжая жить на берегу с душою моряка, не превратиться в мертвечину
Крутить судьбы рулетку до своей кончины
Для памяти оставив предпочтение изо всех узлов – морскому узелку

Часы

Бегут секунды, изменяя мир
И хоть неиссякаем временной поток
Он пьёт взахлёб, как временной вампир
Часами измеряя каждый свой глоток...

Человеку надо мало

Данный стих на тему "Человеку надо мало" написан мною в рамках литературного конкурса, проводимого альманахом "Пегас", Санкт-Петербург.

Одиночество

Одиночество всегда свой интервал найдёт в судьбе
И хоть ты беден, хоть ты сказочно богат
Но память возвращает нас назад
Чтоб исповедоваться в одиночестве себе

Самый короткий рассказ

Знаки (Быль)

О времени, о нравах и о Нем

Наверное, к Нему стоять мы в общей очереди будем
Уже без чувства времени при обсуждении земных вопросов
Оценивая стоимость минуты каждой
Шаг собственный и каждый шаг колоссов...

Диссиденты и Россия

История и время сами делают прогнозы даже в том, как относиться к слову «Диссидент»
Иносказательно в виду имея комплимент или понятие как «скрытая угроза»

Время систем или Куриная Слепота

Отобразив и взяв в пример жизнь птичьего двора
При смене политических систем, мораль, как мир, стара
Вся жизнь - игра, но нужно в ней учесть
Кто был никем, не строит схем
И над хозяином всегда хозяин есть.

Вампиры

Иль нечисть с пламенем в глазах бал будет править в темноте из века в век
Иль свет божественный сиянием осветит долины райские оставшихся миров...

Лень

В желании изменить судьбу
Из года в год, на протяжении многих лет
Противоречия и лень ведут междуусобную борьбу

С Новым Годом, дяденьки и тетеньки!

2015-ый... безвредный год, но взбалмошный, с характером под стать его хозяину
Твоей не пожалеет он мошны, не разгневи его нечаянно

Брат (очерк)

Делиться не скупимся семенем
А он ошибся просто временем...

К повести "Вампиры"

Путь выбора из двух один, никто не даст совет
Под иерихонский марш купить и оплатить в один конец билет

Смерть Матери

Я знал...Я ждал...Но всё равно удар внезапен был и скор
Как в назидание надежд Всевышнего укор
Чтоб урезонить лишний раз людскую спесь...
Я понял - Он Её уже прислал, Ей как всегда некогда и Она здесь

Северная зарисовка

На Севере не так уж много наслаждений
Явление, которое чудесно поражает
Привычной радуги для нас эффект смешения
Когда упав в снега на спину, взгляд в небо и дыханье замирает...

ИнтерСети

Сеть электронной паутины - из цифр сотканный безбрежный океан
То информацией зальёт пройдя как ураган
Иль данными окатит, как волна цунами
То успокоится до штиля...

Война

Война - сам дьявол тёмной стороны эфира
Играющий огнём в смешении чувств и судеб мира
Довольный массой душ, что пополняют ад...
И тем, кто присягнули, тоже рад...

День Рождения

Вся суматоха, суета в тот день нужна лишь только одному тебе, и ей не пренебречь...

Стих ко Дню Победы 2014

Души погибших героев взывают
В минуту молчания их поминать
И тост не забыть за победу сказать
И мы не забыли - пусть знают

Стих к 1 Мая

День мирного труда народов
Не стать инструментарием в войне
В объятьях политических уродов...
Быть солидарными вдвойне!

Стих к Пасхе

Вот съедено и выпито всё в разговенье
И лица сытые довольны развлеченьем...

Цикличность

Весна. Лето. Осень. Зима. Цикличность. Человек. Дух. Личность.

Конец Пути

Абсурдна жизнь, абсурден стих, конец всегда один решись
Черкнуть последний главный штрих
Последним росчерком пера пустые завершить мольбы
И расстегнулась кобура - конец очередной судбы.

С днем Дурака!

Ирония судьбы - ребро монеты
Две стороны, вертясь, сверкают
Одна из них хранит ответы
Вопрос: в верху окажется какая?

Стих про Маму

Мать есть у каждого: у ученого, пьяницы, вора, правителя, пророка
Во времени они имели срок, одна она - без срока

Про Украину

Кольцо времён не разорвать
Святую Русь не уничтожить
В семенных узах благодать
Души богатство преумножит...

Стихи.ру

За деньги можно всё купить. И мысли и желанье превратить...
В финансовый и дурно нахнущий ручей
Но только нет цены культуре, духовности, подвластной магазинной процедуре
По серым технологиям рвачей

● О Женщине

● С иронией к 8 Марта

Вечная субстанция...

Цыгане

Куда уйдём, откуда мы?
Неведомо, не знаем эпилог
Мелькает свет свечи из тьмы...
Пока ей разрешает Бог

Баллада о времени

Время не остановить, судьбу не изменить...

Превратности цивилизации

Технический прогресс, урбанизация и потребности человеческой цивилизации уничтожат естественную природу земли, и мы чаще и чаще будем втречать подтверждение этому...

Репортаж из подсознания

Сон или явь, параллели пространства и времени - все воспринимается в подтверждение теории относительности и остается вопрос: где же мы?..

Которкая история

Не все в мире ограничивется тем, что мы знаем и ощущаем, но мы можем приблизиться к истине...

суббота, 7 июля 2018 г.

Кукольник

Не так давно, каких-нибудь сто лет назад, в бескрайних степях Галиции кочевало довольно много цыган, и так получилось, что и наш Ром, о котором пойдёт сказ, отстав от своего табора и пытаясь его догнать, ехал на повозке прямо через степь, не разбирая дороги, в противоположную сторону от полуденного солнца, куда возможно ушёл весь табор. 

Было лето, но удушающей жары не было. В повозке кричали и шумели шестеро его детей и жена, которая никак не могла их угомонить. В степи в те времена было неспокойно. Где-то далеко шла война, но и в этих степных местах можно было запросто встретиться с разбойниками. 

И хоть наш цыган не боялся и мог за себя постоять, но опасаясь за безопасность семьи, он был всё-таки встревожен. Стало темнеть, и Ром решил остановиться на ночлег. Он прикрикнул на лошадь, которая сразу встала как вкопанная, распряг её, стреножил и отпустил пастись. Жена, тем временем, развела костёр и стала готовить неприхотливую пищу, чтобы накормить своих сорванцов. 

Время бежало быстро, стало очень темно, и только у костра было видно, как дети с их неуёмной энергией гремят и сверкают ложками, уминая варево матери. Наевшись, кто как мог, расположились у костра. А Ром взял гитару и затянул заунывную, грустную песню – Да ай нанэ мандэ родо…. Так и просидел он до утра, никак, почему-то, не в состоянии заснуть. Всю ночь где-то вдалеке полыхало зарево и слышались отдалённые гулкие хлопки. Это явно не было грозой и тревога у цыгана нарастала всё больше и больше. 

Светало. Было ещё совсем рано, и чтобы не будить семью, цыган распутал ноги коня, и зная, что в двух-трех верстах протекает небольшая речушка, решил набрать в дорогу воды да вымыть и напоить коня. До речушки он добрался довольно быстро. Да это была и не речушка, а скорее, ручей, но набрать воды и помыть коня вполне было можно, чем он и занялся. Дела его подходили к концу, как он услышал, где-то не так далеко, топот множества лошадей, непонятный шум и несколько хлопков от взрывов пушечных снарядов. Затем всё стихло. Цыган быстро собрался и поспешил обратно к семье. 

Подъезжая к месту, где они остановились на ночлег, то, что он увидел, словами описать было невозможно. Там, где был костёр, вокруг которого спали его жена и дети, зияла, ещё дымясь, огромная воронка. Видимо, шальной снаряд угодил прямо в костёр. Была семья, и нет семьи. Не осталось ничего. Сел цыган на землю и заплакал, всхлипывая и повторяя – О Дэвалэ, Дэвалэ! Кай мири семья, ей кай сы? Знать э судьбица мангэ. Палсо, кай бирин тэ траин пэ кай парны лума?! О Дэвалэ, Дэвалэ! 

Так он просидел неподвижно целые сутки, уставившись в ноги, и только губы беззвучно и беспрестанно шевелились, выдавая жизнь в этом застывшем во времени теле. 

Через сутки на него наткнулся казачий объезд. Казаки – народ военный, бывалый – и поняли сразу, что случилось. Дело шло к подобедью, и они спешились, расположившись рядом, чуть поодаль. Кто-то стал собирать обед, но многие подошли к цыгану. 

- Ты не сиди так – сказал старший из казаков и добавил: 

- То, что ты сам себя угробишь тоской да переживаниями, этим горю своему не поможешь. Ты давай-ка, цыган, отведай с нами казачьей снеди и приди в себя, а потом мы все вместе подсобим да похороним останки твоей семьи. 

И чуть ли не силой казаки усадили цыгана у общей скатерти и налили ему полную баклагу водки. 

- Пей. Это для тебя сейчас первое дело – приказал старший. 

Цыган выпил всю баклажку, даже не понимая вкуса, и слёзы ручьём побежали по его щекам, из груди вырвался хриплый стон, и он зарыдал. Казаки понимающе кивали головами. 

Через час цыган пришёл в себя и стал оглядываться по сторонам. Затем встал и пошёл копать могилу, чтобы уложить туда то, что осталось от его семьи. Казаки тоже зашевелились и старшина крикнул: 

- Ну-ка, баглаи, хватить баять да гутарить, поможем человеку в богоугодном и трудном для него деле. 

Казаки разбрелись и начали сносить в одно место то, что осталось от людей и то, что они нашли в окрестностях ночёвки цыганской семьи. 

Вот тут и началось необъяснимое. Возле каждого тела ребёнка и останков жены цыгана казаки находили больших тряпичных и довольно красивых кукол. Один из казаков не выдержал, и глядя на землю, где лежали в ряд семь кукол, спросил: 

- Скажи-ка болезный, вы ма будь куклы варганили для продажи? Откуда стильки-то? Як будь-то у каждого из твоих ребятишек своя така кукла була. Странно как-то, их даже не попортило, як новенькие. Мм…да! Волхованье прям. 

Цыган ничего не ответил, да и не мог ответить, потому как сам был изумлён. Он сам не мог понять и взять в толк, откуда появились куклы. 

- Ну, что ты пристал, как банный лист к человеку - сказал старшина. 

- Давайте-ка – добавил он – Закончим начатое, хлопцы. 

С этими словами казаки сложили останки семьи цыгана в приготовленную им могилу и помолясь, стали закапывать. Закончив работу, казаки достали свои баклажки и помянули усопших. 

- Ну всё, цыган, нам пора дюже, служба, однако – заторопились казаки. 

- Как хоть кличуть-то тебя, цыган – спросил старшина. 

- Морэ, просто Морэ – ответил Ром. 

Прощаться долго не стали, гикнули, вскочили на коней, и только пыль завертелась в воздухе. 

Казаки исчезли так же внезапно, как и появились. Морэ, как назвал себя Ром, остался стоять один, в степи, со странным чувством в душе, что его семья живая и рядом, что это просто сон. 

Но взгляд его упал на могилу, и сердце, как птица в клетке, забилось, стараясь вырываться из его груди. Его взгляд переместился на лежащих в ряд кукол,  и тут как будто молния поразила его сознание, волосы на голове встали дыбом – все куклы были поразительно похожи на его детей и особенно большая кукла, которая смотрела на него блестящими пуговками глаз и была вылитой его женой Килей. 

Много ли, мало ли времени прошло, но когда цыган Морэ очнулся от мыслей, уже вечерело. Нежно и бережно Морэ сложил в повозку всех кукол и решил заночевать прямо в повозке, привязав к ней своего верного и единственного оставшегося товарища – коня. Не успел он лечь и закрыть глаза, и, видимо, он так устал за последнее время, что тут же провалился в глубокий сон. Но впоследствии он уже не мог сказать и признаться себе, сон это был или явь. Но только он закрыл глаза как услышал привычную возню его детей и такой милый для его сердца – смех жены. Сквозь этот шум его жена и говорит: 

- Ты не бойся меня, любимый, а внимательно слушай. Видимо, Богу так угодно, что он забрал нас сразу всех, оставив тебя одного на белом свете без роду, без племени. Но мы с детьми тебя не бросим и поможем тебе коротать твой век. Мы все, я и дети, по воле Всевышнего, превратились в кукол. Но не простых, а с нашей энергией и душами и мы тебе будем помогать, зарабатывать на жизнь нашими выступлениями, в общем, тем, что мы умеем. Это ты всё увидишь позже, но чтобы мы были вместе, ты должен стать кукольником. 

- Какой же из меня кукольник санакунэ мири Киля? Я только что и умею, так на гитаре играть да лошадей лечить – ответил Морэ. 

- А от тебя ничего больше и не требуется – сказала его жена и добавила: 

- Повозка у тебя большая, цветастая да красивая и конь справный, а в остальном я тебя научу и всё расскажу, как и что делать. 

И она поведала, что в облике своём, дабы не смущать его, она и дети его больше к нему не явятся, а будут с ним только в облике кукол. Что они будут общаться с ним, как живые, а он должен привыкнуть к этому, не смущаться, не бояться, и когда будут происходить необъяснимые явления, просто не упасть при зрителях в обморок. И что он должен их беречь от воров и мошенников и от соблазнов, которые будут преследовать его. Также довольно подробно рассказала, как перестроить повозку, чтобы открывался своеобразный занавес и какие слова говорить, чтобы привлечь зрителей. 

- А теперь взгляни на нас, в последний раз, на тех, которые были – сказала его жена. Они все семеро отодвинулись к краю повозки, обнялись и молча, долго смотрели Морэ в глаза. Глаза у цыгана заслезились, и когда он их вытер и вновь открыл, в повозке кроме кукол больше никого не было. 

Когда цыган утром проснулся, то увидел, что самая большая кукла, так похожая на его жену, лежала головой на его плече, а все остальные расположились вокруг него, также, как когда-то раньше это делали его дети. Конечно, это было страшно, но он помнил голос жены – не бояться и привыкать. Морэ осторожно встал и пошёл запрягать коня в повозку. Что его ждало впереди, он и предугадать не мог. 

Скоро ли, долго ли, близко ли, далеко ли, сколько прошло времени, цыган не знал, но любая дорога когда-нибудь заканчивается. Сначала впереди показались отдельные хаты, а затем настоящий городок с большими каменными зданиями, улицами и красивыми каретами. Как позже узнал цыган, это был большой город Львов. Морэ спросил у проходивших мимо жителей, где находится рынок и как он может туда проехать. Ему явно везло, и даже жандармы, без присущего им ворчания, показывали ему дорогу. Он такой базарной площади никогда не видел. Она была просто огромна, и ему не составило труда найти для себя место и расположиться, никому не мешая, под тенистым, большим деревом. 

Морэ не понимал, как и что будет дальше, но был голоден, и у него не осталось в кармане совершенно ни одного гроша. Ему не оставалось ничего, как или воровать, или поверить в то, что говорила жена. И он решил попробовать. Была не была, двум смертям не бывать, а одной не миновать, так он продолжал думать и направился бродить по базару. Морэ со всеми приветливо здоровался и звал всех на своё представление, ровно в полдень, под старым, большим деревом. Народ улыбался и кивал головами. Время пролетело быстро, и наступил полдень. 

Цыган ещё раз посмотрел в повозку: куклы, все, как один, спокойно лежали на своих местах. От страха у цыгана заколотилось сердце и затряслись колени, но он переборол себя, плотно закрыл повозку и открыл у неё верх, как у старых скоморошьих кукольников. Зрителей собралось довольно много, и некоторые уже стали недовольно выкрикивать: 

- Ну что, цыган, пообещал представление, а сам в кусты? 

Цыган и действительно был рад уже сбежать, но тут подул ветер и повозка затряслась, возможно, от ветра, а возможно и нет. И, о чудо! Появилась кукла женщины-цыганки. Она обвела всех взглядом своих блестящих глаз. Публика была в восторге. Все захлопали и засвистели. А когда кукла громко сказала, что они покажут представление о самой счастливой цыганской семье во всей Галиции, Морэ, чтобы не упасть прижался к дереву, а зрители, думая, что в повозке сидят настоящие, талантливые кукольники, затихли и стали устраиваться поудобнее. У Морэ кружилась голова, ведь этот голос был голосом его жены. Это было настоящее колдовство и магия, но из головы не выходили слова: 

- Ты главное верь мне, верь мне и нашим детям. 

А представление тем временем продолжалось. 

Вот, в центре импровизированной сцены-повозки стали развиваться лоскуты красной атласной материи, рваться вверх и по сторонам, ничем не отличаясь от настоящего костра; послышался шум ветра и стали появляться головы других кукол, как будто они откуда-то издалека подходили к костру, пока они не встали во весь свой рост вокруг искусственного очага. Все куклы балагурили, смеялись и махали руками в приветствии зрителей. Ноги цыгана не выдержали, слёзы заливали глаза, потому что он видел не кукол, а свою жену и детей, и он сел прямо на землю. Так он сидел, пока не услышал голос жены: 

- Ну, что ж, костер горит, «бриллиантовые» все глаза просмотрели в ожидании, пора поднять настроение публике. Давайте будем петь, плясать и радовать этот белый свет. Эй, Ром, очнись да возьми гитару свою. 

- Тату, ты же обещал нам подыграть – заголосили куклы-дети. 

Морэ взял свою гитару, встал у повозки и заиграл их любимую «венгерку». Его пальцы, как птицы носились по струнам, взлетая и падая по грифу инструмента. Куклы танцевали так, как будто это были живые создания. Зрителей стало столько, что, казалось, весь базар собрался вокруг его повозки. А после песни-пляски "А мэ мороза на дарава" публика от восторга долго хлопала и кричала браво. Напоследок, все куклы встали в ряд, перед символическим костром, и стали раскачиваться в такт песни «Нанэ мандэ родо», подпевая и поддерживая этим цыгана Морэ, потому что голос его дрожал и слова утопали в его всхлипах. 

Представление завершилось, наступила тишина, куклы поклонились публике и исчезли в темноте повозки. Морэ даже не нужно было подходить к кому-то со своей шляпой, люди сами подходили и клали деньги на лежащую под деревом старую кожаную безрукавку. Каждый хлопал цыгана по плечу и говорил много приятных слов с желанием вновь увидеть это представление. 

Молча цыган сидел под деревом, и закрыв глаза, представлял себя в кругу своей семьи. 

- Как бы мы сейчас радовались все вместе – думал он. 

Прошло несколько часов, пока к нему не подошёл человек и не предложил помощь в ночёвке. 

- Нет – сказал цыган, - я же цыган и привык ночевать в своей повозке под открытым небом. 

- Но вас же много?! – сказал человек. 

И вот тут Морэ действительно стало страшно. Такие представления один человек показать не сможет, а на предложение ответил, что другие уже уехали, и он сейчас один. 

Человек мотнул головой и ушёл. 

Эх Морэ, Морэ, пропадёшь ты так, или тебя просто повесят за колдовство – подумал цыган и пошёл к своей кибитке. 

Забравшись в повозку и расположившись удобно на одеялах, посреди кукол, цыган нарочито громко сказал, что так продолжаться долго не сможет, и душа его в конце концов разорвётся. Ничего не сказали ему куклы. 

Утром Морэ посчитал выручку и был просто ошеломлён и счастлив. Жена не обманула его, и денег, даже после первого представления, вполне должно было хватить и на первое время, и на ремонт повозки, которая требовала этого после длительного бездорожья. На краю города цыган нашёл кузницу. 

Кузнец оказался старым одиноким цыганом – пхурано – и Морэ остановился у него на ночёвку. Старик, по роду своей профессии, был совсем не дряхлым, а жилистым и крепким, а с щипцами да молотом управлялся, как с игрушечными. На вопрос о таборе кузнец сказал, что табора, какого-либо, давно уже не видел. Кузнец осмотрел коня, кибитку и кивнул головой. До обеда он перековал подковы лошади Морэ, а затем приступил к ремонту его повозки. 

Как своему, кузнец расстарался и заменил всю ходовую часть повозки, поставив её на железные рессоры. Покрытие повозки поставил на прочные разборные стойки, чтобы верх хорошо снимался и ставился обратно. Пока кузнец занимался повозкой, Морэ купил красивую плащаницу, расписанную цветами, и они с кузнецом закрыли повозку новым материалом. 

- Красота! Ай баро урдо, Ай шукар кибитка получилась – сказал кузнец. 

За заботами день и подошёл к концу. Морэ щедро расплатился с кузнецом, и тот пригласил его отужинать с ним. После ужина цыгане закурили трубки и завели непринуждённую беседу. 

Морэ рассказал кузнецу свою историю, утаив, конечно, необъяснимые явления и творящееся колдовство с его куклами. А кузнец признался, что когда работал в кибитке, то всё время ощущал на себе чей-то пристальный взгляд, но так и не понял своего волнения. 

- Одно могу сказать Морэ, куклы у тебя непростые и не просто они появились в твоей жизни. Будь осторожен, Морэ – сказал кузнец и поведал одну историю из своей жизни: 

- Был я тогда ещё маленький, и в нашем таборе случилось несчастье. У одного рома внезапно скончались жена и трое детей. Когда их схоронили, к этому цыгану на следующий день прилетели четыре красивые птицы, которые не покидали его до самой его смерти. Наша шувани говорила, что это его жена и дети, Этот цыган привык к ним и буквально кормил их с рук. А птицы показывали ему правильную дорогу и предупреждали его и весь табор об опасности. Когда цыган умер, птицы исчезли. И только один раз, позже, покружили над табором, и этих птиц уже было пять. Вот такая история, Морэ. 

- Да, но это птицы, живые существа, а тут – куклы – подумал Морэ. 

Утром, попрощавшись с кузнецом, Морэ отправился в путь дальше. 

Морэ стал привыкать к своим куклам и даже стал становиться заправским актёром-кукольником. Появилась уверенность и задор. Он перестал бояться магии, колдовства и, бывало, во время представления, забирался в повозку и играл сценки вместе с куклами. Молва о цыгане-кукольнике летела впереди него, и все представления проходили с полным аншлагом, довольно гладко, и он всегда успевал покинуть место проведения до того, как люди заинтересуются всей его «труппой». 

Цыган стал довольно зажиточным и уже намеревался купить себе небольшой дом или здание в каком-нибудь большом городе и сделать в нём кукольный театр. Но всё задуманное и все мечты рухнули в один момент….. 

От хутора к хутору, от станицы к станице, от города к городу и добрался наш цыган Морэ к славному и большому городу Киеву. Театралам и кукольникам в городе всегда были рады. И не успел цыган доехать до базарной площади, как многие, несмотря на отсутствие афиш, уже знали, что приехал цыган-кукольник со своей труппой, показывать своих кукол и представление, где концерт и сценки из жизни цыган показывают он и его куклы. 

И жил в этом городе старый, кукольных дел мастер. Имел он свой небольшой театр кукол, был сварливый, ненавидел артистов и мечтал о том, чтобы куклы одни могли исполнять роли, без людей. 

И мало кто знал, только лишь один его помощник, что этот старик, не только делал куклы, но и был сильным чёрным магом и колдуном, да таким, каких свет не видывал. Но его магия, что бы он ни делал, никак не могла оживить кукол, и от этого он становился ещё злее и сварливее. 

От его характера, странных поступков и страшного его вида сбежали все его артисты, театр не работал, куклы пылились на вешалках, а он ходил чернее грозовой тучи. Он слышал о цыгане-кукольнике и о его куклах, и узнав, что тот объявился в городе, тотчас послал своего помощника, посмотреть представление, и переговорить с артистами, чтобы переманить их в свой театр кукол, а заодно и купить этих кукол у цыгана, если они действительно этого достойны. 

Сенная площадь в городе была в очень удачном месте, к ней стекались многие улицы, и людей там было всегда много. Чем только не торговали на этой площади: и лошадьми, и повозками, и бричками, и сеном, и дровами, и ещё разной домашней и необходимой в хозяйстве утварью. У цыгана глаза разбегались от такого изобилия товара. По призывам цыгана и по базарным слухам, у его повозки в полдень стояло уже сотни две зевак. Морэ забрался в повозку и встретился с молчаливым взглядом его жены куклы-румны, которая стала шептать: 

- Ой, саро нашука, ром. Чувствую неладное. Давай уедем из этого города. 

- Поздно. Хорошо, это последнее выступление, и мы больше выступать не будем, пока я не куплю дом. А теперь, как ты учила, – за работу, мири санакунэ, – ответил Морэ. 

Цыган привычным движением откинул полог и взял в руки гитару….. 

От восторга и от правдивости игры кукол толпа неистовствовала. Кукла-цыганка между плясками и песнями звала из толпы кого-нибудь поближе к повозке и гадала ему по руке, и никого при этом даже не смущал её голос, который доносился то ли от неё, то ли из кибитки, поди разбери в таком шуме. Но гадания были таким, что многие кричали – правда, правда, а другие, краснея, старались затеряться в толпе. Представление удалось на славу. И хоть зрители кричали – ещё! ещё!, цыган крикнул, чтобы не забыли позолотить повозку, что кому сколько не жалко, бросали деньги прямо за занавес. Куклы кланялись, а люди как заворожённые, подходили и бросали деньги под ноги кукол, пытаясь дотянуться и потрогать их. 

Тем временем помощник старого колдуна пробрался сзади, к повозке, чтобы посмотреть на артистов. Раздвинув полог и заглянув внутрь, он остолбенел, волосы у него встали дыбом и он даже перестал дышать. В повозке никого не было. Стоял один цыган с гитарой, а куклы просто висели в воздухе, и ни одного артиста. Руки его опустились, щель в пологе закрылась. Много чего он у старика-колдуна видел, но такой магии никогда. Немного постояв и придя в себя, он стремглав побежал к своему хозяину. 

Старый колдун, выслушав своего помощника, велел тот час возвращаться ему обратно и любыми путями уговорить цыгана приехать в его дом. Когда его адепт ушёл, старик открыл свои заветные колдовские книги и стал искать ключ, чтобы преодолеть цыганскую магию и подчинить её себе. Колдун даже не думал, что ему придётся столкнуться с цыганской магией, магией Шивы и чарами самой богини Кали – полной тьмы. Она может всё – и умертвить, и оживить. 

- Остаётся только воспользоваться хитростью, напором и знаниями мастеров-чернокнижников. В другой форме эта древняя магия мне неподвластна – подумал старик. 

Тем временем его помощник уже крутился вокруг повозки цыгана. Морэ с куклами уже закончили представление, и после традиционного сбора пожертвований он собирался ехать и искать подходящее здание для приобретения. Когда цыган уже садился на козлы, к нему подошёл человек. Не молодой, не старый, хорошо одетый, с открытым лицом и с первого вида и с первых слов, внушающий доверие. Помощник колдуна хоть и не имел таких навыков, как у хозяина, но кое-что знал, и расположить к себе любого человека для него было плёвое дело. В разговоре с цыганом он сразу сориентировался в ситуации и предложил купить дом у хозяина, с готовым театром кукол и бутафорией. Цыган сразу согласился, и они поехали смотреть здание и договариваться о цене. 

Остановившись у дома колдуна, помощник завёл повозку на задний двор и побежал докладывать хозяину. А Морэ тем временем заглянул в повозку. Куклы лежали на своих местах, и цыган уже был намерен покинуть повозку, но голос жены зазвучал внезапно в его голове: 

- Я тебя предупреждала Ром, но уже поздно. Скоро мы сольёмся воедино в другой жизни. Ты ничего не бойся. Как я ни хотела, но судьбу не обманешь. Я чувствую сильное колдовство и призову все силы нашего рода и Богини Кали. Какая будет воля Всевышнего, так тому и быть. 

Неожиданно в повозку заглянул знакомый цыгана и протянул Морэ шкатулку. 

- Это тебе, хозяин передал – сказал он, странно улыбаясь. 

Цыган открыл шкатулку и разум его был мгновенно повержен, больше не подчинялся ему. Помощник колдуна собрал всех кукол, взял за руку цыгана и повёл его безропотно, как животное, под очи своего хозяина. Старый колдун даже не взглянул на цыгана, осмотрел кукол и хмыкнул. Затем взял в углу гостиной палку-посох, которая была вся в сучках, и стал перебирать их, поглаживая пальцами, то по часовой, то против часовой стрелки, приговаривая и нашёптывая одному ему ведомые заклинания….. 

Прошло много времени, и комнату стала поглощать мгла. В темноте только лишь светился посох колдуна, освещая блеклым зелёным светом его и его помощника, которого бил озноб, как при лихорадке. Внезапно куклы зашевелились и повисли перед ним в воздухе. Старшая кукла, в виде взрослой цыганки, заговорила с колдуном, довольно смело и безбоязненно: 

- Ты, старый чёрт, наверное, думал, что если мы ожили, то это твоё колдовство тому причиной? Как бы не так. Мне надоело смотреть на твои старания, и я решила положить этому конец. Мне явился «свет» и предрёк скорое завершение этой истории, тебя, старого хрыча и всего сущего, что ты составляешь. Лицезрей же тьму полную, чёрная твоя душа, гибель мучительную и пустоту безвременную. 

Колдун уже не шептал, а выкрикивал заклинания чёрной магии. Посох его раскалился,  и сучки в нём сияли, как алмазы. Он ударил посохом цыгана и тот сразу замертво свалился на пол. Старый и злой маг ещё сдерживал надвигающуюся тьму, пока кукла-цыганка не призвала своих защитников потустороннего мира. Она уже не говорила спокойно, а также кричала, повторяя свои призывы: 

- О, предки мои, род мой, из вечного мира Шахти! Призываю вас вызвать Богиню всего сущего – Кали! 

Внезапно, вместе с тьмой, пришёл ураганный ветер и с ним тысячи голосов, стоны которых и вой ветра превратились в один сплошной гул. Затрещали и стали лопаться стены дома. Тьма расступилась. От неожиданности Колдун осёкся и замолчал. Перед ним стояла, огромного роста худая женщина, полуобнажённая, с четырьмя руками, с синей кожей, а с плеч свисала чёрная шкура пантеры. 

- Кали! – только и выдохнул колдун. 

Помощник у колдуна умер тотчас же, от страха упал, как покошенный. Колдун пытался кричать заклинания и вызывать демонов тьмы и даже самого Дьявола, при этом размахивая посохом, как мечом, но всё было тщетно. Кали перехватила посох и переломила его. Другими руками схватила колдуна, его помощника и дико смеясь, пустилась в бешеный пляс, разрушая всё, что её окружало…. 

На улице города была уже ночь, непонятный свет и сильный раскатистый звук грохота, привели весь квартал в ужас и неописуемый страх. Многие горожане и смелые зеваки, собрались около дома старого кукольника и заворожено смотрели на происходящее. Ещё днём добротное и крепкое здание, сейчас всё светилось, словно от адского пламени, и разрушалось у них на глазах. Затем произошёл взрыв, которым осветило полгорода и от которого погибли не только стоявшие рядом смельчаки, но и были развалены и уничтожены все близлежащие дома. 

Затем внезапно всё стихло, как будто ничего и не было, и только вокруг стоял устойчивый запах смерти. 

Рано утром на ноги были подняты вся жандармерия, городской совет и уголовный сыск. Неделю вели расследование этого трагического случая, но так ничего и не нашли. На месте происшествия ни взрывчатых веществ, ни боеприпасов, ни химической лаборатории найдено не было. Даже не нашли никаких останков людей в доме старика-кукольника, не считая, на удивление хорошо сохранившихся восьми кукол в цыганских одеждах, похожих на большую цыганскую семью. Кукол передали в музей изобразительного искусства и театрального творчества, и больше о них никто не вспоминал. 

Шло время. Прошла революция и гражданская война, и ещё недавно людям было не до театров и искусства, но постепенно жизнь стала восстанавливаться, и молодой Республике снова понадобились высокие культурные ценности. В стране была объявлена НЭП, и стали открываться театры, кино, и одной из основных задач для власти встало воспитание детей. 

Поэтому в Москве было указание управлению культуры открыть театр кукол. Все ведомства других городов начали поиск лучших кукольников и кукол. В Киеве, в запасниках управления культуры города, обнаружили великолепно сохранившихся и невероятно красивых восемь кукол цыганского вида и в подарок, по случаю открытия Государственного театра кукол, отправили их в Москву. 

Говорят, что впоследствии работники театра заподозрили за этими куклами неладное. По их словам, особенно по ночам, они слышали шум, цыганские песни, смех детей и разговоры на цыганском языке. Сторожа театра были так напуганы, что отказывались от ночной охраны и даже увольнялись с работы. Чтобы не поднимать шум и не привлекать внимание к себе органов власти, руководство театра отправило эту «цыганскую семью» в качестве подарка в какой-то провинциальный городишко, для местного театра кукол. 

Как дальше сложилась судьба этих кукол, никому не известно. 

Но я думаю придёт время, и мы услышим об этих куклах, о цыгане Морэ и его семье. 

Фадеев (Филин) Геннадий 

18.06.2018 г. 

Муравей

В лесу, у муравейника остановившись
От чувств смешных и странных
На слог меня случайно вдохновивших
У ног раскинувшимся миром многогранным

Жизнь в муравейнике вне времени земного
Страна порядка, гениальной простоты и цели
И я стою над ними, как пришелец
Как исполнитель доброго и злого

Могу разворошить природную архитектуру
Могу не трогать и пойти своей дорогой
Кроме возможности писать сценарии и режиссуру
Как хорошо иметь мозгов немного

Пойду вершить дела людские
Житейские, семейные, простые
Смешно, какой же я пришелец
Когда я сам, как муравей
Судьбы и жизни совладелец
Всегда найдутся поважней
Совсем иные и другие, земные или внеземные

А мысль моя банальна и проста
Коль не художник – не марай холста
Пред тем как учинять над кем-то рок
Уверен будь, что сам не видишь чьих-то ног

Фадеев (Филин) Геннадий

20.05.2018 г.

Бизнесмен Пиноккио

В стране чудес, иллюзии дорог и дураков
По наущению отъявленных и наглых прохиндеев
В связи с отсутствием другой идеи
Решил один Пиноккио зарыть монеты в землю, без трудов

Не зная географию, традиции и местных лицедеев
Сей иноземец-макаронник
Стал ждать, лишь думая о чудесах
О бизнесе, о райских кущах и призах
А нужно было думать о евреях
Загнав крупнокалиберный патрон в патронник

Страна чудес, магических иллюзий, простаков
Где ждут, чтоб кто-нибудь хоть что-нибудь куда-нибудь вложил
Хоть тугрики, хоть евро, хоть один биткойн
И волшебство начнётся, будь спокоен
Пока сидишь и чуда ждёшь, исчезнет всё что приносил
От тугриков, до в секонд-хенде купленных трусов

Чудесная страна, земля наивных гениев и дураков
До странности в ней весело живётся
Смеются все – от спецнациональностей, церковных куполов и простаков
До урн на выборах, до деревень и городов
Смеются все, не весело тому лишь, одному
Кто больше никогда не посмеётся

Эх ты, наивная дурашка-деревяшка
Ты думал стать серьёзным бизнес-игроком
Быть доном, сэром, толстым денежным мешком
Но вынужден, оставив всё, вернуться голышом
Под лицедейское и ханжеское блеянье барашков

Мораль - а нет морали
Мораль давно украли, растоптали, потеряли
В глазах лишь блики золота иконостаса
Пасёмся, блеем, украшаем стол
Под итальянское вино и вечные беседы «Карабаса»
И даже тут весёленький прикол, к тому барашку
Иль ты у них в руках мосол
Или в камине, коль ты деревяшка

Фадеев (Филин) Геннадий

29.05.2018 г.

Прошу поддержать развитие сайта

Поделитесь в сети!